Южный темперамент
| Чувство юмора Ивану Пинигину не изменяет... Личный словарь |
Чувство юмора Ивану Пинигину не изменяет — помните, как в прошлом году, проиграв пари своему коллеге, телережиссеру Владимиру Максимкову, он впервые в жизни прилюдно спел песню группы «Кино»? Фактически с этого и началась «КиноВарка» — фестиваль альтернативного видео, который проходит в Минске уже во второй раз и по–прежнему обходится без финансовых ресурсов, одним только энтузиазмом его участников и организаторов. В реальности этого когда–то и усомнился Иван Пинигин, а теперь с неменьшим азартом подключился к «КиноВарке» — в качестве члена жюри. И правда: кому как не ему «жюрить» первые опыты в кино, когда значительная часть тех, кто создает сегодня национальный телеэфир, вышла из программы Пинигина «5 х 5»? К слову, юность белорусского телевидения навсегда останется связанной с именами его родителей, первых режиссеров БТ Анны и Николая Пинигиных. Немало телепроектов Ивана также стало историей нашего ТВ, сейчас у него «в процессе» еще одна достойная внимания программа, «Судьба», первые выпуски которой уже вышли в эфире канала СТВ. Еще вместе с Владимиром Янковским он задумал любопытный кинопроект и одновременно присматривается к... театральным подмосткам. Ничуть не опасаясь, что его будут сравнивать с братом, худруком Купаловского театра Николаем Пинигиным.
Ювелирно
Когда в нашей семье звучало слово «ювелирно», речь шла вовсе не о драгоценностях! Ходить на все новые спектакли было у нас семейной традицией. После, уже в институте, когда посылали на практику в Москву, за месяц я мог посмотреть и 90 постановок, благо все спектакли — дневные, утренние и вечерние — мы, студенты Белорусского театрально–художественного института, могли посещать бесплатно. И потом, уже обсуждая спектакли брата, я не мог не согласиться с ним, как ювелирно Виктор Манаев, например, делает свой актерский рисунок... Мастерство актера для меня и сейчас — нечто непостижимое.
Кстати, сразу после школы я попытался поступить на актерский курс к Зинаиде Броварской (поскольку был двоечником, а в театральном не надо было сдавать экзамен по математике). Но срезался... Год отучился на режиссуре в институте культуры и заново поступил в театрально–художественный уже на режиссуру телевидения. Не потому что профессия актера намного сложнее режиссерской (хотя я и по сей день в этом убежден). Просто убедился, что быть режиссером мне все–таки интереснее. Видимо, не без того, что я Лев по гороскопу, люблю сам управлять творческим процессом. К слову, нас в семье трое Львов — сестра Аннушка, старший брат и я, подарок ко дню его рождения. Мы с Николаем родились в один день, 6 августа. Когда накануне его 4–летия мама спросила, что Коле хотелось бы получить в подарок, он ответил: «Брата!» — и вот уже почти 50 лет мы с ним празднуем общий день рождения...
Впрочем, другого пути, кроме как на телевидение, у меня, наверное, не было — с такими–то родителями! По–моему, это правильно, если, образно говоря, кузнец кузнецу передает какие–то тайные вибрации своей профессии. И когда мой сын решил стать телеоператором, я ему не перечил...
Юность
В юности все сложно. Человек хочет всего и сразу, но у него нет денег. Зато много амбиций, но ни в чем нет опыта. Даже в первый раз поцеловать девочку — ну вот как?
Оканчивая институт, брат решил подработать пионервожатым в лагере «Юный гагаринец» в Анапе и «вызвал» меня, восьмиклассника, к себе. И я там влюбился... Несмотря на то что в лагере было множество укромных уголков, беседок, аллей, виноградников, поцеловать ее я никак не решался. Пока не наткнулся в одном из гротов на брата, причем не одного. «Смотри, как надо целоваться, — подмигнул он мне и от души поцеловал свою девушку. И я тут же пошел тренироваться... Но почему–то мы решили тогда, что главное в поцелуе — это сила засасывания, как потом болели губы, мне не забыть до сих пор!
Однако в юности это и главное — энергия заблуждения. Если ты влюбился, значит, на всю жизнь. Получил диплом режиссера — и не сомневаешься, что станешь гениальным мастером. Силы это придает колоссальные... В свое время телекомпания «Око», которую я создал, предлагала телеканалам по 40 концепций, был период, когда мы делали по 200 передач в месяц — у Агентства теленовостей сюжетов было меньше. При этом еще успевали разъезжать по стране, снимая героев программы «Твой формат», делали передачи для московских телеканалов...
2 года я преподавал основы режиссуры и драматургии в Минском институте управления. Но ушел, обнаружив, что настоящих буйных нынче мало. В свое время Владимир Цеслер 7 раз поступал в институт, другой наш знаменитый художник, Леонид Хоботов, проделал это 5 раз — ну кто сейчас на такое способен? К сожалению, у сегодняшних юных слишком много соблазнов, и теперь единицы понимают, что любая творческая профессия — своего рода монашество, что творческая жизнь начинается задолго до получения диплома, даже до поступления в институт. Впрочем, молодые люди, которым хочется что–то высказать, есть и сегодня. И я откровенно рад, что существует «КиноВарка», позволяющая им экспериментировать без ограничений.
Юг
Юг для меня — это прежде всего детство, бабушкин дом в городе Изюм Харьковской области, где на ночь закрывали ставни. Дом стоял недалеко от железнодорожного переезда и ощутимо раскачивался от скорых поездов. Над диваном, где я спал, висел небольшой стеклянный буфет, каждый раз там тренькали рюмки и керамические ангелочки, а поезда так волшебно укачивали, убаюкивали...
Юг — это ощущение абсолютной свободы и самые безумные приключения. В студенческие годы поработать пионервожатым в Анапе довелось и мне. В моем отряде собрались пафосные московские дети высшего офицерского состава. Но мне удалось найти к ним подход... Однажды в дикий шторм я повел свой отряд встречать рассвет на море. Мы стали плавать — и два мальчика так испугались, что одновременно вцепились мне в шею, едва не задушив... К счастью, на берег все выбрались благополучно. И увидели, что нас уже ищут «газики» с прожекторами. Но до лагеря мы успели добежать раньше, чем нас заметили. Когда начальник грозно спросил у меня: «Где твой отряд?», я гордо продемонстрировал ему своих похрапывающих подопечных. И мне все сошло с рук... Увы, у юности мало опыта, она еще не знает цену жизни. Сейчас я далеко не такой отчаянный...
Юбилей
Можно сказать, на носу мой 50–летний юбилей, но подводить итоги пока не хочется. Хотя наша студия дала старт в творческую жизнь очень многим телевизионщикам и я знаю, что люди, работая здесь, были счастливы. Наверное, это самое важное.
Ведь что такое телевизионный сюжет, даже проект? Всего несколько минут в телеэфире. Но общение с людьми, знакомство с которыми он принес, остается в памяти надолго, часто навсегда. Жизнь вообще состоит из людей, их глаз, эмоций, впечатлений... Сегодня у меня друзья по всему миру, на мой хутор в Ушачском районе приезжают даже бывшие армейские товарищи — из Москвы, Узбекистана... Друзья — это, пожалуй, мой главный жизненный проект.
Юмор
Мама умела относиться к невзгодам с юмором, хотя растить нас троих ей пришлось одной, — отец рано ушел из жизни... Вообще, у родителей будто пружина внутри была, война научила их ко всему относиться легко. Мы живы — значит, уже счастливы!
Чувство юмора было определяющим качеством, по которому я выбирал себе жену. Искал долго... А нашел там, где и не рассчитывал встретить, — у нас вышел классический служебный роман. После армии меня взяли в детскую телередакцию, и я начал работать в программе под девизом «Ищем рабочие таланты», которую вскоре решили сделать всесоюзной. Вместе с ее редактором Тамарой Самовер мы стали путешествовать по СССР, проводить игры в разных республиках... Тогда я и убедился в потрясающем умении Томы превращать в шутку любые переделки.
Своей любви мы ни от кого не скрывали — тогда на телевидении и невозможно было ничего скрыть! Сейчас все жестче, а в те годы режиссер мог весь месяц делать одну–единственную передачу, свободного времени было много, и большую часть дня все проводили в баре на первом этаже, рассказывая анекдоты... Карьерных коридоров тоже было мало, и, будучи режиссером первой категории, параллельно я решил освоить профессию дворника. Вставал в 6 утра и подметал дворы домов напротив стадиона «Трудовые резервы». За это получал 300 рублей — огромные деньги по тем временам. И хорошая прибавка к моей режиссерской зарплате 90 рублей...
Люди с легким характером всегда производили на меня большое впечатление. Одним из наиболее сильных впечатлений стала Юля Высоцкая, еще один пример такой хорошей человеческой пружины, тогда — ведущая нашей программы «Абiбок». Когда Юля окончила театральный институт, у нее не было ни минской прописки, ни белорусского гражданства. Она была совершенно не устроена и, по большому счету, одинока. При этом блестяще выучила белорусский язык, снималась в фильме «Игра воображения» и одновременно — в передачах «Абiбока», была необыкновенно заряжена на творчество... Однажды накануне Нового года Юля серьезно заболела, но вышла в эфир — с температурой под 40. За час отчитала все свои подводки и потеряла сознание... На мой взгляд, встреча с Андроном Кончаловским — заслуженная награда за 10 лет ее непростой минской жизни.
Автор публикации: Ирина ЗАВАДСКАЯ
Источник: sb.by
2 3 4 5 6 7